Рейтинг эффективности систем здравоохранения регионов РФ в 2019 г.

Резюме

Высшая школа организации и управления здравоохранением обновила рейтинг эффективности систем здравоохранения субъектов Российской Федерации (РФ) за 2019 г. Рейтинг показывает, насколько эффективна их политика в области здравоохранения. Эффективность рассчитывается путем сравнения уровня ожидаемой продолжительности жизни между субъектами РФ и затрачиваемых на это расходов на здравоохранение. При этом учитывается разность в уровне валового регионального продукта на душу населения и потребления крепких алкогольных напитков в регионе. Показано, как изменились позиции регионов РФ в 2019 г. по сравнению с 2018 г.

Ключевые слова:эффективность системы здравоохранения, ожидаемая продолжительность жизни, финансирование здравоохранения

Финансирование. Статья не имела спонсорской поддержки.

Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Вклад авторов. Научное руководство исследованием - Улумбекова Г.Э.; сбор и обобщение статистических материалов; интерпретация полученных результатов - Гиноян А.Б.

Для цитирования. Улумбекова Г.Э., Гиноян А.Б. Рейтинг эффективности систем здравоохранения регионов РФ в 2019 г. // ОРГЗДРАВ: новости, мнения, обучение. Вестник ВШОУЗ. 2021. Т. 7, № 1. С. 4-16. DOI: https://doi.org/10.33029/2411 -8621-2021 -7-1 -4-16

Высшая школа организации и управления здравоохранением (ВШОУЗ) разработала рейтинг по оценке эффективности систем здравоохранения 85 регионов Российской Федерации. Подробная методика была опубликована ранее [1]. Кратко напомним: эффективность означает возможность добиться лучших результатов за меньшие средства. Рейтинг был рассчитан на основании 4 показателей, каждый из которых имеет свой удельный вес при подсчете баллов. Наибольший вес (50%) среди использованных показателей имеет ожидаемая продолжительность жизни при рождении (ОПЖ). Регион с наивысшим показателем ОПЖ при рождении получает 50 баллов, а с наименьшим - 0 баллов. Следующий показатель - подушевые государственные расходы на здравоохранение1, который, по сути, определяет объемы бесплатной медицинской помощи, его вес - 30%.

1 Государственные расходы на здравоохранение включают расходы на здравоохранение консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации и территориальных государственных внебюджетных фондов.

Этот показатель рассчитывается без учета коэффициента дифференциации для обеспечения сопоставимости данных по регионам. Третьим показателем с весом 10% является валовой региональный продукт (ВРП) на душу населения, который отражает уровень экономического развития субъектов РФ. При высоком ВРП на душу населения выше уровень жизни, соответственно выше уровень потребления качественных продуктов питания, лекарств, платных медицинских услуг, что опосредованно влияет на здоровье населения [2-4]. Следовательно, субъекты РФ, имеющие самые высокие значения показателей госрасходов на здравоохранение и ВРП на душу населения, получают самый низкий балл. Те регионы, которые имеют сравнительно низкий уровень социально-экономического развития и имеют меньшие возможности по затратам на медицинскую помощь, получают высокие баллы по этим показателям.

Рис. 1. Методика расчета индекса эффективности систем здравоохранения субъектов РФ

Источник. Здесь и на рис. 2-8: составлено авторами.

Рис. 2. Лучшие 20 регионов РФ по динамике индекса эффективности за 2018-2019 гг.



Рис. 3. 20 регионов РФ, показавших наибольшую отрицательную динамику индекса эффективности за 2018-2019 гг.

Рис. 4. Эффективность систем здравоохранения субъектов РФ, 2019 г.

Эффективность систем здравоохранения субъектов РФ, 2019 г.

Примечание. Ранжирование проводилось по 4 критериям (по шкале от 0 до 100): ожидаемая продолжительность жизни при рождении (взвешенная 50%), валовый региональный продукт на душу населения (10%), подушевые госрасходы на здравоохранение (30%) и потребление крепких алкогольных напитков на душу населения в возрасте от 15 лет (10%). Индекс эффективности представляет собой сумму этих 4 взвешенных оценок. Крепкие алкогольные напитки включают: водку; коньяк и ликероводочные изделия с содержанием спирта свыше 25% объема готовой продукции.

Источник: расчеты авторов на основе данных Росстата и Федерального казначейства РФ.

Рис. 5. Эффективность систем здравоохранения регионов Центральной зоны РФ за 2019 г.

Рис. 6. Эффективность систем здравоохранения регионов Южной зоны РФ за 2019 г.

При составлении рейтинга также был использован показатель потребления крепких алкогольных напитков на душу населения в возрасте от 15 лет, для того чтобы нивелировать негативное влияние этого фактора на состояние здоровья населения (его вес в рейтинге - 10%). Известно, чем меньше уровень потребления алкоголя, тем дольше живут граждане, однако от деятельности системы здравоохранения этот показатель зависит мало [5]. Соответственно те регионы, где здоровье населения не отягощено высоким потреблением алкогольных напитков, получают самый низкий балл. Схематично методика расчетов представлена на рисунке.

Обновленный рейтинг показывает текущую позицию по эффективности здравоохранения региона относительно других субъектов РФ, а также каким образом изменилась эта позиция в 2019 г. по сравнению с 2018 г. (см. таблицу и рис. 4).

На рис. 2 и 3 представлены лучшие и худшие 20 регионов РФ по динамике индекса эффективности за 2018-2019 гг. В лучшую двадцатку попали те регионы, которые достигли наибольшего прироста показателя индекса эффективности за последний год (от 2,6 до 10,9 балла). Среди них Республика Карелия, Орловская область, Ненецкий автономный округ, Тверская область, Республика Хакасия, Республика Алтай, Хабаровский край, где прирост составил более 8 баллов. За счет положительной динамики эти регионы существенно улучшили свои позиции в общем рейтинге. Например, Орловская область и Ненецкий автономный округ поднялись в рейтинге с 63-го места на 43-е и с 73-го на 54-е место соответственно.

Рис. 7. Эффективность систем здравоохранения регионов Уральской зоны РФ за 2019 г.

В двадцатку регионов, показавших наибольшую отрицательную динамику индекса эффективности за 2018-2019 гг., попали те регионы, в которых наблюдалось наибольшее снижение показателя индекса эффективности - с -2,2 до -9,5 балла (рис. 3). Среди них Костромская, Псковская, Новгородская, Мурманская, Новосибирская, Архангельская области, Республика Калмыкия и др., где снижение показателя индекса эффективности за последний год составил ниже -7 баллов.

Республика Калмыкия, Оренбургская и Псковская области сумели за последний год достичь прироста ОПЖ на 1; 0,6 и 0,5 года соответственно. Однако в этих регионах одновременно произошло большее сравнительно с другими регионами увеличение финансирования здравоохранения, за счет чего они оказались в двадцатке снизивших значения индекса эффективности. Будем надеяться, что эти дополнительные вложения в здравоохранение помогут названным субъектам РФ увеличить ОПЖ в последующие годы.

Рис. 8. Эффективность систем здравоохранения регионов Арктической зоны РФ за 2019 г.

Для сравнения эффективности регионы РФ были разбиты на территориальные зоны: Центральную (включает Центральный, Приволжский и Северо-Западный федеральные округа), Южную (включает Южный и Северо-Кавказский федеральные округа), Уральскую (включает Уральский, Сибирский и Дальневосточный федеральные округа) и Арктическую (включает регионы Арктической зоны РФ). На рис. 5-8 представлены рейтинги регионов по этим зонам.

Литература

1. Улумбекова Г.Э., Гиноян А.Б., Калашникова А.В. Эффективность региональных систем здравоохранения России (рейтинг 2016 г.) // ОРГЗДРАВ: новости, мнения, обучение. 2017. № 3. С. 35-42.

2. Улумбекова Г.Э., Гиноян А.Б. Чабан Е.А. Количественный анализ факторов, влияющих на состояние здоровья населения в Российской Федерации // Медицинское образование и профессиональное развитие. 2016. № 2. С. 107-120.

3. Ющук Н.Д., Улумбекова Г.Э., Палевская С.А., Гиноян А.Б. Анализ основных показателей деятельности инфекционной службы Российской Федерации // Инфекционные болезни: новости, мнения, обучение. 2016. № 3. С. 13-23.

4. Elola J., Daponte A., Vicente N. Health indicators and the organisation of health care systems in Western Europe // Am. J. Public Health. 1995. Vol. 85. P. 13971401.

5. Muldoon K.A., Galway L.P., Nakajima M., Kanters S. et al. Health system determinants of infant, child and maternal mortality: a cross-sectional study of UN member countries // Globalization Health. 2011. Vol. 7. Р. 42.